Как бороться с выводом активов?

Компания «К» поставила компании «Д» товары на большую сумму, как всегда, с отсрочкой платежа. В предусмотренный договором срок деньги на счет продавца не поступили. Покупатель просил подождать, объясняя задержку действиями своих контрагентов. Владельцы «К» подождали немного, потом еще немного, потом еще немного, а потом узнали, что «Д» стал банкротом. Они включились в реестр кредиторов, но финансовый анализ деятельности должника показал, что оплаты ждать не стоит. Арбитражный управляющий подтвердил, что денег нет, имущества тоже.

Что делать? Списать все в убытки? Или же попытаться что-то предпринять, ведь у компании «Д» была недвижимость, были контракты с другими участниками рынка, следовательно, они должны платить. Куда все делось?

 

Бегство с деньгами

 

Ответ, вроде бы, лежит на поверхности. Имущество должника может быть возвращено в конкурсную массу через оспаривание сделок, а потом продано на торгах с распределением полученных сумм между кредиторами.

Но практика показывает, что в преддверии банкротства, когда учредители осознают аховость положения своей компании, почти никто не ведет себя как честный и благородный человек. В ход идут самые разные схемы вывода активов той или иной степени сложности. Недвижимое имущество продается женам-детям-тещам через цепочку сделок, права требования к третьим лицам уступаются по договорам цессии и пр. И оспорить такие сделки очень сложно. Когда каждая сделка похожа на «нормальную», суды часто отказываются верить в то, что должник преследовал цель вывести активы из-под требований кредиторов. В общем, по форме правильно, а по существу — издевательство (как учил В.И. Ленин).

Можно ли с этим бороться? Если вооружиться настойчивостью в сборе доказательств и знаниями законодательства — можно.

Верховный Суд РФ в Определении от 1 декабря 2016 года указал, что суд должен оценивать всю цепочку взаимосвязанных сделок, связанных с выводом активов, а не ограничиваться формальным подходом. Так, например, если общество перед банкротством продало недвижимое имущество по рыночной цене, то необходимо проверить, откуда покупатель взял деньги для приобретения. Часто бывает, что источник происхождения средств — кредит банка, у которого приобретается имущество, или который входит в одну группу лиц с продавцом. Кредит может быть выдан не напрямую, а через несколько фирм. Например, должник покупает вексель фирмы-однодневки, а эта фирма дает займ третьему лицу — покупателю недвижимости. Несложно определить, что фактически компания-банкрот финансирует покупку собственной недвижимости.

Также необходимо проверить все инструменты, которые использовались в сделках. Кем выдавались векселя? Выкупались ли они? Совершали ли на них индоссаменты? Какова реальная цена этих векселей? Кто был учредителем и директором в фирмах — участниках сделок? И так далее.

Важный момент: если есть доказательства подозрительности сделок по выводу активов, именно должник должен доказать, что эти сделки экономически обоснованны, что между всеми участниками цепочки были действительные коммерческие отношения (а не только на бумаге). Как вы понимаете, у недобросовестных компаний возникнут сложности с обоснованием своей честности.

В общем, данное Определение Верховного Суда дает немалый простор в деле доказывания вывода активов через цепочку сделок. Теперь суды не могут ограничиться «отпиской» и отказать в признании сделок недействительными на том основании, что каждая из них похожа на «нормальную». Нужно оценивать весь процесс вывода активов в целом, и показать суду всю порочность действий должника — задача грамотного и настойчивого юриста.

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика